«Папочка, не оставляй меня». Кого мобилизуют в российских деревнях и как живут оставшиеся без мужчин семьи — репортаж

ds

Магазины в селах — центры притяжения. Здесь обсуждают все самые громкие события. Сейчас это, конечно, мобилизация, которая добралась даже до маленьких поселений

Поделиться

Первый этап мобилизации завершен, во всяком случае, об этом отчитываются губернаторы. Точное количество призванных мужчин в регионах не называют, как и того, как скоро грянет второй этап и будет ли он. Но в сибирских селах, впрочем, и по всей стране, новых повесток очень боятся. И так населенные пункты, как говорят местные, «остались без мужиков»: где-то призвали единственного учителя физкультуры, а где-то — едва отслужившего солдата-срочника. Как выглядит картина мобилизации в шести часах езды от Новосибирска, рассказывает Ксения Лысенко.

«Я бы Путину всё сказала!» Как призывают в 300 километрах от города

Деревня Юный Пионер считается большой: около 500 жителей, есть двухэтажные дома и даже два магазина. В полдень выходного дня Юный Пионер не спит: по улицам прогуливаются дети, кто-то у дома колет дрова.

В деревне Юный Пионер проживает около 500 человек

В деревне Юный Пионер проживает около 500 человек

Поделиться

— Мобилизовали, да… Даже молоденьких. Один мальчик вообще вот только с армии пришел в июне, на работу устроился в Новосибирске. Один — офицер, он старше 35 лет. Пришли повестки — и вперед с песней. Человек пять, по-моему, отправили, — тяжело вздыхает продавец одного из магазинов. — Ну, а вы нам что скажете хорошего? Скоро закончится?

В магазине можно найти всё: от продуктов до более утилитарных вещей

В магазине можно найти всё: от продуктов до более утилитарных вещей

Поделиться

В селах ждут обнадеживающих новостей. Первая волна мобилизации пришла в Юный Пионер почти сразу после объявления частичной мобилизации и затронула тех, кто когда-то служил. Вторая волна страшит, но здесь уверены: она обязательно будет.

— 23 сентября всех наших свезли в Барабинск, в ДК. Конечно, у всех почти маленькие дети остались, ну так, а что говорить — вернулись с армии, понарожали. У меня зять и сын пока тут, но вот не знаем: как пришлют [повестки], так и всё, — рассуждает продавец.

Женщина переходит к обсуждению трат, говорит, что для «своих мальчишек» (жителей Юного Пионера. — Прим. ред.) родственники закупали одежду и обмундирование, в частности, берцы. С последним очень тяжело: ни в Барабинске, ни в Куйбышеве, ни в самом Новосибирске, по ее словам, подходящих размеров уже не осталось.

Проводы мобилизованных в Юном Пионере прошли 23 сентября

Проводы мобилизованных в Юном Пионере прошли 23 сентября

Поделиться

— Берцы уже по 20 тысяч продают, а бронежилет — так вообще 70–90. Таких денег в селе нет, что смеяться-то, у меня у самой зарплата 10 тысяч. А еще на примете зять и сын, так и саму еще, наверное, в третью партию могут забрать. Где денег взять? Я ничего не пойму, почему со своим-то на *** (специальную военную операцию)? Почему? — вспыхивает продавец. — А что они не скажут, что с автоматом своим надо на *** (специальную военную операцию)? Ну сказали бы так, мы бы автоматы стали покупать. Ну что за бред? Я в таком этом самом… Я бы Путину всё в лицо прямо сказала! У нас все в деревне плачут, даже пацанята, которых мы провожали, плакали горькими слезами!

Разошедшаяся не на шутку женщина перестает обращать внимание на покупателей, заглянувших в магазин. Она делится своим предложением: по ее мнению, отправлять на Украину стоит отбывающих срок за убийство.

— Что значит они не хотят? Ну вы их нахально тогда отправьте! Некоторых же из наших нахально отправляют! Вот отправили бы уголовников, кого бы там не убили — обратно бы потом, в тюрьму. А то мы их почему-то должны со своей зарплаты, со своих отчислений кормить-поить…

В деревне, по словам продавца, мобилизацию воспринимают с тревогой и уверены, что вторая волна наступит сразу за первой

В деревне, по словам продавца, мобилизацию воспринимают с тревогой и уверены, что вторая волна наступит сразу за первой

Поделиться

На продавца нам указали сразу несколько жителей Юного Пионера: по их словам, в деревне нет более осведомленного и общительного человека. Но даже ее коммуникабельности и такта не хватает, чтобы убедить жену призванного офицера пообщаться с журналистами. Та, по ее словам, не в состоянии говорить и очень переживает. Мы проезжаем ее дом в конце деревни — он выглядит пустым и нежилым.

«В городе не забирают всяких мажоров, а отрываются на деревенских»

В поселке Дунаевка, что лежит в 8 километрах от Юного Пионера, о мобилизации слухи ходят разные. Поговаривают, что на их сельсовет (в Межозерный сельсовет входят деревни Юный Пионер, Дунаевка и еще два небольших населенных пункта. — Прим. ред.) якобы спустили квоту — призвать 90 человек. Но в самом сельсовете объясняют, что квоты нет, а призвали гораздо меньше — примерно раза в два. Но в маленькой Дунаевке, где осталось не больше 70 жителей, всё равно тревожно.

Дунаевка в несколько раз меньше Юного Пионера

Дунаевка в несколько раз меньше Юного Пионера

Поделиться

Здесь тоже есть магазин

Здесь тоже есть магазин

Поделиться

— Мы еще ждем. Сидим как на пороховой бочке. Пока призвали четверых, один в нашем селе прямо жил. Он был контрактником, потом контракт закончился, он приехал сюда, жил с матерью. Зятя у меня тоже забрали, но он барабинский, — делится Виктория, продавец местного магазина. — Партиями у нас тут в районе забирали: первая — 23-го, вторая — 25-го, а третья — 26-го [сентября]. Но мы сразу знали, что нашу деревню стороной мобилизация не обойдет. И что родственников наших тоже… У нас еще тут есть кого призывать.

На вопрос об отношении к призыву Виктория не раздумывая отвечает: «Нам страшно». У нее есть 21-летний сын, который учится, и брат, который в обычное время бы уехал на вахту. Но то ли из-за мобилизации, то ли по другим причинам работодатель на вахту не вызывает. Она думает, что это было сделано им специально, чтобы не мешать мобилизации.

У Виктории призвали зятя

У Виктории призвали зятя

Поделиться

— Как мы можем относиться? Плохо. Я вот, например, против, я не для этого своего сына растила, — вздергивает она плечами. — Зятя у меня прямо из Барабинска призвали. Он служил, 27 лет, двое детей. Младшему два годика, старшему — четыре. Жене пришлось уволиться, она до 10 вечера работает, а садик у нас — до 6. Без денег остаются. Ну а как? Мама будет помогать. Хотя у меня зарплата 11 тысяч, но ничего: пока скотину держим, поможем.

Сборы зятя обошлись семье Виктории в 30 тысяч рублей. И это не считая 13 дополнительных тысяч — их потратили на газовые баллоны, прокладки, горелку, кровоостанавливающие жгуты, которые удалось купить в Новосибирске и передать через знакомых. Одежду с большим трудом нашли в Барабинске в одном из охотничьих магазинов. Как рассказывает Виктория, там уже «выгребли всё», но в этот день было новое поступление. Владелец охотничьего магазина, видя ажиотаж, открыл его в 12 ночи, чтобы семьи мобилизованных смогли закупить нужное. Берцы зятю успели купить за 4,5 тысячи рублей — теперь цены на них выросли до 10 тысяч.

— Какое тут состояние? Никакого. Выслал фотографию, так я в шоке была — очень похудел. Не поверишь! — обращается продавец к зашедшей в магазин пенсионерке. — Щеки впали! Сфоткался у забора в учебке — ну как на зоне, честное слово! И еду через забор передают! Пока питается тем, что мы ему с собой дали. А как воевать в таком состоянии? И дочь у меня в истерике, а ребенка старшего мы до сих пор успокоить не можем: «Папа не приедет, я знаю, его убьют». А на площади что он делал? Издевательство! Ему в автобус идти, а тот ему в ноги кидается: «Папочка, не оставляй меня». Тут не захочешь — заплачешь. И отец стоял ревел, и мы стояли ревели.

В Новоспасске есть большая школа, которая недавно лишилась молодого физрука: его призвали

В Новоспасске есть большая школа, которая недавно лишилась молодого физрука: его призвали

Поделиться

Лилия считает, что из сёл и деревень призывают чаще

Лилия считает, что из сёл и деревень призывают чаще

Поделиться

В Новоспасске, где есть большая школа, в которую ходят в том числе и дунаевские дети, мобилизовали учителя физкультуры. Теперь, как рассказывает встреченная нами девочка-подросток, занятий по физкультуре пока нет.

— Преподавал он у нас, а сам из Новокурупкаевки. Забрали его 27-го [сентября]. К нам только раз приезжали за мобилизованными, — объясняет местная жительница Лилия. — Конечно, нам тревожно. Особенно если у тебя есть брат или муж: все плачут, все переживают. У нас даже мужчину забрали, у которого трое детей маленьких: он, кстати, тут жил, а не так, что просто прописан. Мы вот думаем: в городе не забирают всяких мажоров — они или откупились, или уехали куда-нибудь в Казахстан, а отрываются на наших — на простых, деревенских.

Забрали из деревни, где осталось жить 50 человек

В 400 километрах от Новосибирска сёл будто бы всё меньше, чаще мелькают поля и леса. Крупные поселения тоже есть, но говорят там о мобилизации преимущественно неохотно.

— Знаете, я предпочитаю о таких вещах не думать. Ну, вот такой я человек, не хочу на этой стороне жизни зацикливаться, — говорит работница единственного работающего в выходной день кафе в Татарске. — У меня брат… Нет, не хочу, лучше у другого спросить.

Деревня Киевка находится недалеко от Татарска

Деревня Киевка находится недалеко от Татарска

Поделиться

В большом селе Киевка (больше 500 жителей), до которого от Татарска можно доехать за 10 минут, придерживаются примерно такой же позиции.

— Да, кого-то мобилизовали, но вроде бы даже вернули. Сейчас же возвращают, — лениво говорит продавец.

Рядом с ней — листовки, обращенные к «неравнодушным людям», с просьбой перечислить средства на благотворительный счет для покупки лекарств и теплых вещей для мобилизованных. На листе А4 крупным шрифтом написано: «Своих не бросаем». Тут же — объявление о том, что все военнообязанные, имеющие родителей-инвалидов, должны обратиться с подтверждающими документами в администрацию сельсовета.

Листовки, которые можно найти на прилавке киевского магазина

Листовки, которые можно найти на прилавке киевского магазина

Поделиться

— Ну, молодые, может, и не хотят [идти по призыву], но те, кто постарше, — все готовы. Ну, а если позовут, что делать? Мужчины настроены защищать свою семью. Ну а как? — задается вопросом она.

А это деревня Кабанка. Здесь нет мобилизованных, потому что призывать некого — в поселении на 70–80 человек, как говорят местные жители, и так живут одни пенсионеры

А это деревня Кабанка. Здесь нет мобилизованных, потому что призывать некого — в поселении на 70–80 человек, как говорят местные жители, и так живут одни пенсионеры

Поделиться

В крошечном ауле Тандов, где живут барабинские татары, на улицах совсем пусто. Магазин тут имеется, но в выходной день закрыт. Магазин и фельдшерский пункт — вот и всё, что есть в поселении на 20 жилых домов. Единственная школа закрылась с десяток лет назад. Хотя есть еще небольшое, но живописное озеро — оно называется Горьким и начинается сразу же за огородами.

Рядом с аулом есть красивое озеро, но отдыхающих оно, увы, не привлекает

Рядом с аулом есть красивое озеро, но отдыхающих оно, увы, не привлекает

Поделиться

Зато чего в ауле Тандов в избытке, так это пустых домов. Они зияют разбитыми окнами, а заборы вот-вот сползут прямо на дорогу. Жизнь еле теплится в аккуратном домике на окраине — там во дворе работают Венера и Хусейн, тоже татары.

— У меня племянника призвали из Барабинска, второго племянника, он на работе, сказали, тоже призовут, — объясняет Хусейн.

— Вот у меня зять в Новосибирске, дочь звонит, плачет, спрашивает: «Мам, ну неужели заберут?» А что мне ей сказать? Он десантник. Внук вот у нас сейчас гостит. Ужас какой-то. Сейчас набрали всех подряд, но отпустят потом, наверное. Отпустят же? — с надеждой спрашивает женщина.

В Тандове — только одна улица...

В Тандове — только одна улица…

Поделиться

...и на ней хватает заброшенных домов

…и на ней хватает заброшенных домов

Поделиться

Они оба показывают на домик с разбитыми окнами, который кажется заброшенным. Там живет мать единственного мобилизованного из аула (это же подтверждают в сельсовете. — Прим. ред.), в котором осталось не более 50 жителей. Правда, сам парень, которого призвали несколько дней назад, в ауле не жил — уехал в Новосибирск. У дома — повалившийся забор и открытая калитка. Собаки нет.

— Догадывались, конечно, что придет повестка. Он в Новоспасск поехал ее забирать. А так служил во Владивостоке, что-то с ракетами связанное, — отстраненно говорит мама парня, которая представляется Надеждой.

Сын Надежды приехал за повесткой сам

Сын Надежды приехал за повесткой сам

Поделиться

Сыну Надежды 22 года. Несколько лет назад он служил, в ауле остаться не захотел — уехал в большой город, обзавелся женой и детьми.

новость из сюжета

Подпишитесь на важные новости о спецоперации на Украине

— 2,5 года и три месяца [детям]. Говорит, что в Пашино сейчас, а потом… не знаю. Через две недели туда [на территорию Украины]. Оделся, обулся сам: у него зарплата — 50 тысяч, 28 ушло на одежду. А то, что маленькие дети, — это всё не сработало. Ничего не сработало, — машет рукой женщина и уходит в свой дом с разбитыми окнами.

Недавно мы рассказывали о том, как родственники приезжают к забору НВВКУ, где сейчас находятся мобилизованные. Как проходят дни у железной границы между двумя реальностями — в репортаже NGS.RU.

Total
0
Shares
Связанные Посты