Люди проводили газ и воду, а депутат всё сносит: как жители квартала бараков в Уфе готовятся к выселению

Люди проводили газ и воду, а депутат всё сносит: как жители квартала бараков в Уфе готовятся к выселению

Одни годами ждали возможности сменить жилье, а другие негодуют: столько сил было вложено в ремонт зря

Поделиться

Недавно мэрия выпустила новое постановление со списком изымаемых бараков в уфимском Затоне, и для многих местных это стало радостной новостью, ведь они годами ждали этого момента. Но рады далеко не все. Подробности — в репортаже UFA1.RU.

Бараки в Затоне начали массово строить в начале 1920-х годов для рабочих судоремонтного завода. При помощи местных жителей предприятие смогло обеспечить более 100 семей крышей над головой. Шли годы, территорию вокруг активно застраивали многоэтажками, а жители бараков начали все чаще высказывать недовольство из-за отсутствия отопления, водоснабжения и канализации.

С развитием системы дорог судоходство в Башкирии начало постепенно загибаться, завод закрыли, а надобность в специализированных кадрах отпала. Часть бывших работников предприятия и дальше продолжила жить в бараках: без канализации и отопления, с удобствами во дворе. Спустя годы дома начали рушиться, а капитальный ремонт, со слов владельцев, никогда толком не проводился. Тогда они начали массово жаловаться в администрацию Ленинского района. Чиновники пообещали всех расселить. Спустя 7 лет люди продолжают ждать.

Назад в прошлое

Сейчас на улице Пожарского возникает ощущение, что какой-то гениальный ученый вернул тебя на 80 лет назад: вокруг бревенчатые домики, тишина, дворы заметены толстым слоем снега — и так на протяжении всех 600 метров. Невооруженным глазом видно, что некоторые здания сильно прогнили, местами прохудились крыши и полы.

В большинстве домов семьи живут в отдельных квартирах. В доме № 243, например, живет 3 семьи и одинокая пожилая женщина. Ее муж скончался после закрытия завода, с тех пор в бараке без центрального отопления и горячего водоснабжения пенсионерка выживает одна. По ее словам, все давно ждут, когда их наконец-то переселят.

— Старые люди не очень хотят переезжать. Как говорится, все шифоньеры не увезешь. Но от них что-то зависит, что ли? — говорит женщина.

Тот самый дом № 243

Тот самый дом № 243

Поделиться

В доме № 237 ситуация еще хуже. За одной из дверей живут сразу 4 человека: два ребенка, мама и бабушка — Людмила Алексеевна. Они ютятся в 2-комнатной квартирке, теснота в последние годы стала для них невмоготу, а после того, как младшая дочь сломала ногу из-за провалившегося пола, все задумались, как бы подыскать жилище получше.

— [Когда дом] снесут, мы будем очень рады. Сейчас перетерпим, и мы уже будем жить в новых условиях, — с улыбкой говорит Людмила Алексеевна.

Жизнь с двумя малышами в разрушающемся бараке для семьи стала настоящим испытанием: отопления нет, туалет на улице, а полы и стены рушатся на глазах. По словам женщины, с ними беседовал застройщик — депутат горсовета и директор ООО «УАМ-СТС» Руслан Зайнуллин. Он пообещал им квартиру в новостройке по курсу квадрат на квадрат. Правда, как утверждает бабушка, им могут дать лишь однокомнатную квартиру, что их не особо устраивает, но спорить времени нет — уже в марте семья должна будет съехать.

— Мы ждали 10 лет, когда нас снесут. Документы давно собрали, долго судились, ибо с нас берут деньги за капитальный ремонт, хотя дому 100 лет. Мы не оформляли его как аварийный, ведь, согласно распоряжению, наша земля вместе со всеми постройками подлежит изъятию, — говорит Людмила Алексеевна.

Застройка Шредингера

Компания «УАМ-СТС», соучредителем и директором которой является Руслан Зайнуллин, предложила администрации проект застройки улиц Пожарского, Судоремонтной и Союзной. Все расходы, связанные с переселением жильцов бараков, застройщик взял на себя и пообещал реализовать программу до конца 2022 года, но сроки сместили до, как сообщили жителям, весны 2023-го. Зайнуллин известен как депутат горсовета с многомиллионным доходом. В декларации за 2021 год он отчитался о 64 миллионах рублей.

Строительный проект Зайнуллина на улице Пожарского порадовал не всех. В доме № 253 на втором этаже живет пожилая пара, отработавшая большую часть жизни на судоремонтном заводе. План депутата они воспринимают как произвол и отказываются съезжать из квартиры. Из-за вопросов о грядущем переселении глава семейства Виктор Михайлович начинает злиться. Он сетует на «власть», которая, вместо своевременного ремонта его дома, ждала 100 лет и теперь всё сносит, чтобы построить новые многоэтажки.

— Начнут нам ездить по ушам. А зачем мне, пенсионеру и инвалиду, переезжать? Мы сами тут делали себе отопление и газ, проводили воду. Администрация обещала провести нам канализацию, но как ходили в выгребную яму, так и ходим, — рассказывает Виктор Михайлович.

Пенсионеры любят часто смотреть в окно, гости для них — настоящая редкость

Пенсионеры любят часто смотреть в окно, гости для них — настоящая редкость

Поделиться

Пенсионер утверждает, что пытался лично все обсудить с Зайнуллиным, но тот «кормил его завтраками», а потом и вовсе забыл. Он и его жена не хотят съезжать в квартиру, «которую даже не видели». Не очень-то и хочется ее видеть, как говорит Виктор Михайлович.

— Если бы застройщик относился к нам нормально. Звонили, договаривались, уже месяц никто на связь не выходит, это же им надо, а не нам. Говорят, судитесь с нами, в Шакшу вас отправим, — возмущается мужчина.

Дом пенсионеров — один из немногих, что сделан из бетона

Дом пенсионеров — один из немногих, что сделан из бетона

Поделиться

По его словам, в последний раз было так же тяжело, когда закрывали завод. Что тогда, что сейчас подвешенное состояние сильно бьет их по здоровью. Виктор Михайлович признается, что едва пережил потерю любимой работы, а теперь, когда его вынуждают покинуть привычное жилье, снова оказался в подвешенном состоянии. Он вспоминает, как бился, чтобы у него не забрали гараж, как добивался, чтобы со двора убрали упавшее дерево. Так вот и прошла большая часть жизни пенсионера — в борьбе за собственное имущество, комфорт и нормальное отношение к себе. Теперь у него не осталось запала, придется просто плыть по течению.

— Вот сейчас нам выйдет по коммуналке за всё 4 тысячи рублей, а в квартире — минимум 9! Наши пенсии не позволяют настолько сильно увеличивать расходы, — беспокоится пенсионер.

Раньше Пожарского была одной из самых длинных улиц, пока бараки не начали медленно сносить

Раньше Пожарского была одной из самых длинных улиц, пока бараки не начали медленно сносить

Поделиться

Очередной дом, снова скрипящие, местами прогнившие половицы. Из окна смотрят дети, подзывая бабушку. Прохожие усмехаются, услышав вопросы о сносе — их все устраивает, всяко лучше, чем жить в разрушающемся бараке. После посещения улицы Армавирской, где сносят дома для строительства дороги в сторону улицы Пугачева, — будущих Южных ворот, — необычно встретить столько одобрительных ожиданий. Но там владельцам частных домов приходится судиться за компенсацию за свои гектары и квадратные метры. Тут же расселением занимается застройщик, который обещает никого не обделить. Некоторые считают, что это лишь начало истории, красивые обещания, а впереди — суды за списание платежей по капремонту, переезды и прочая суматоха. Но выбор у них небольшой: либо тихо и смирно переехать в «муравейник», либо взять деньги за каждый квадратный метр разваленных бараков.

Вот так сейчас выглядит окраина улицы Летчиков, куда собираются переселить жильцов бараков

Вот так сейчас выглядит окраина улицы Летчиков, куда собираются переселить жильцов бараков

Поделиться

А нас кто-то спрашивал?

За поворотом после Пожарского начинается улица Судоремонтная. Там ситуация обстоит сложнее: некоторые построенные бараки и ветхие здания силами собственников превратились во вполне ухоженные домики с собственной землей и единым владельцем.

Молодая, на вид лет 25, девушка Регина с самого детства ютится в частном доме под номером 1Б. Вход сторожит крупная собака и гавкает на прохожих. Регина занимается ремонтом, ибо жизнь в ветхой избушке ей уже порядком надоела. Она знает, что их собираются выселить, но надеется, что не всё еще решено. Может быть, бюрократическая система даст сбой и хотя бы отсрочит неизбежное.

— Точных дат нам никто никогда не называл. Какие-то списки есть, а нам от них ни горячо, ни холодно. Я вот ремонт начала уже. Если бы я знала точно, то ничего бы не затевала, — с тяжелой улыбкой рассказывает Регина.

В квартале очень много бродячих котов

В квартале очень много бродячих котов

Поделиться

Больше всего Регину расстраивает тот факт, что все вложенные в ремонт силы придется обменять на несколько десятков бетонных квадратов в новостройке. Силы, время, средства — очень обидно осознавать, что все это будет потрачено впустую.

— Лично нам никто ничего не объяснял, мы обо всем узнаем от соседей, — девушка указывает на дом напротив. — У них же бараки, думали, что их только и будут сносить. У нас все будут в шоке, если это произойдет. Столько всего было сделано.

Соседи Регины тоже начали делать ремонт — уже вставили стеклопакеты

Соседи Регины тоже начали делать ремонт — уже вставили стеклопакеты

Поделиться

В доме напротив живет Оксана и ее семья. Она узнала о сносе одной из первых, еще весной этого года. Расселением жителей занимается все тот же Руслан Зайнуллин, здесь он по договору с мэрией должен построить школу. Происходящее женщину хоть и не радует, но унывать времени нет: она занимается поиском нового частного дома, в квартире жить ни в коем случае не хочет. Оксана, как и многие ее соседи, ждет активных действий со стороны застройщика или мэрии, но пока, кроме публикаций постановлений об изъятии, подвижек не было.

— Никто к нам не приезжал, узнали об этом [расселении] из СМИ. Сами звонили, ходили на прием. Застройщик сказал, что уведомят всех официально лишь позже. Мне с ним спорить не о чем. Нам предложили квартиру, мы ее продавать будем, — говорит Оксана.

Но всё-таки она возмущена, что при сносе домов оценивается его площадь без учета вложенных в обслуживание, ремонт и модернизацию средств. По словам Оксаны, бороться за них готов не каждый: пожилым и так пойдет, людям помоложе не до этого, ведь впереди переезд и новоселье, а жителей бараков это особо не волнует — им бы перезимовать без особых проблем, пробираясь сквозь сугробы до ближайшего туалета. Ничего необычного для жителя старого Затона.

Напомним, ранее корреспонденты UFA1.RU побывали на улице Мурманской, жителей которой также выселяют, но уже из-за строительства дороги от улицы Комсомольской к туннелю Восточного выезда. Домовладельцы и по сей день судятся с мэрией из-за, по их мнению, мизерных компенсаций.

Total
0
Shares
Связанные Посты
Читать далее

В Уфе за 16 миллионов продают квартиру, которую окрестили «жилищем Мурзагулова». Но только она не его

Так выглядит квартира внутри Фото: Avito.ru Поделиться В Уфе продают квартиру, которую окрестили «жилищем Мурзагулова». Экс-председатель Общественной палаты…
Читать далее

Из трудовика в чиновники: что известно о главе сельсовета в Башкирии, который сдал забор предприятия на цветмет

Госслужащий на работе Фото: Владимир Никульшин / Vk.com Поделиться В Башкирии глава Ивановского сельсовета в Давлекановском районе Владимир…